Ряженые. Часть 5 (конец)

Смешные

Ряженые. Часть 4

А ему стало известно многое, что касалось непосредственно самого убийства:

Поздним вечером 13 января к нему в дом пришло трое, заметно выпивших, ряженных, которых он сперва даже и не узнал. Но по всем признакам это были молодые ребята, лет так, примерно, по семнадцать- восемнадцать Вместо того, что бы, как в таких случаях положено, начать скороговоркой или пением выпрашивать подарки, они явно чем то были подавлены. Один из них, одетый в старую солдатскую шинель, на лице  которого была маска Деда Мороза, а на голове надета старая и с опущенными ушами шапка, на ногах обуты валенки, попросил разрешения побыть у него в доме, сказав, что с собой они принесли самогон. Двое других так же были одеты в старую и разнообразную одежду.

На одном из них. была женская, из плюшевой ткани, куртка, сверху брюк, по типу юбки, была красная тряпка, на ногах были валенки с резиновыми галошами. Как завершение  наряда- голова была покрыта теплым женским платком, на подобия шали, а лицо до не узнаваемости было раскрашено женской губной помадой. На другом была фуфайка, ноги обуты в резиновые сапоги, голова обмотана женским платком, поверх которого надета мужская шапка с подвязанными ушами, а лицо так же обильно раскрашено губной помадой. В завершение всего была полу маска- очки, но без стекол, с резиновым носом и усами. Действительно было очень трудно, если хорошенько не присмотреться и не услышать голоса, узнать кто же это такие.

Николай, которому просто было интересно самому узнать, кто же на самом деле эти трое, не отказал в своем гостеприимстве, пригласил их за стол и подал свою закуску. С ними он выпил небольшой стаканчик  принесенного ими самогона, который был настоян на каких то травах. Как то раз, примерно за месяц перед этим, таким же, по вкусу и запаху, самогоном его угощала бабка- Кананерша, которая жила на противоположной окраине села, за то, что он как то раз, наколол ей дров для печки. Но об этом он им ничего не сказал, решив, что они сами, что- либо расскажут о посещении этой старушки.

После этой, первой выпитой рюмки, да по поводу этого праздника, казалось бы, должны следовать разговоры о том, где  же они еще побывали и что, кроме бутылки самогона, они нащедровали. Но эта тройка сперва была как то сдержано молчаливой. Когда повторно выпили еще по стаканчику, то тот, который был в солдатской шинели, спросил у хозяина дома, был ли кто еще до них у него из ряженных и сколько их было? Николай ответил, что до этого к нему никто не приходил, очевидно, из-за того, что он живет на самом краю села,  а обычно, в основном,  щедруют  в центре села. В свою очередь, он поинтересовался  где же они сами были и что,  кроме бутылки самогона, так ничего и  не смогли нащедровать?. Этот, который был в шинели и который снял маску с лица, когда стали распивать самогон,  в нем Николай узнал молодого семнадцати летнего парня по имени Михаил, пояснил, что в центре села ходило много таких, как они, ряженных групп, а поэтому они и решили начать свой поход с этого конца села. .

Принесенная ими бутылка самогона была выпита за два приема, но гости не спешили уходить  щедровать. Николай, что бы одному не скучать, поставил на стол свою бутылку с самогоном, а затем и вторую, благо запасы последнего позволяли этому. Постепенно, при разговоре, Николай узнал, что тот, который был в плюшевой женской куртке, звали  Петр, который был в фуфайке, они называли Алексеем..

При последующем застольном разговоре Николай понял, что эти трое все же чем то напуганы и насторожены. Особенно это стало проявляться после того, как он намеками дал им понять, что ему знаком вкус принесенного ими самогона. Спустя немного времени тот, который был в солдатской шинели, вышел из-за стола и попросил Николая пройти с ним на улицу. Когда же они вышли из дома вдвоем, то он попросил, в случае чего, подтвердить, что они втроем пришли сюда еще когда только стало темнеть и никуда отсюда не уходили, чуть ли не до самого утра, пояснив, что до своего прихода сюда, они втроем заходили, как он выразился, к одной старушке, которая их не узнала.

У ней они яко бы и взяли ту, принесенную ими бутылку самогона. Но старушка им его сама не давала, мол пришлось силой его забрать. Больше никаких подробностей случившегося, этот парень не пояснял.

Пробыли они у него почти до трех часов ночи, после чего пошли домой по направлению к центру села, только не по расчищенной трактором дороге вдоль улицы, а по тропинке, ведущей через пустырь.

По дороге трое приятелей договорились, что в случаи их допроса, они будут ссылаться на то, что вечером и ночью они все вместе были только у одного Николая.

Теперь уже стало  ясно  и понятно, с чего и с кого именно следует начинать конкретные мероприятия по раскрытию этого тяжкого и неочевидного преступления. Было решено начать с Михаила. Домой к нему сразу же поехали: следователь прокуратуры, зональный инспектор уголовного розыска, участковый инспектор и эксперт-криминалист, которым было сообщено, какую следует искать и изымать для последующих экспертиз одежду, в частности старую солдатскую шинель. Самого Михаила дома не оказалось и по словам его родителей он еще с утра поехал на рейсовом автобусе а районный центр по каким то своим делам. По поводу нахождения сына вечером и ночью с 13 на 14 января, они ни чего конкретно не знали, лишь пояснили, что около 18 часов, к ним пришли Михаил и Алексей, спросили их сына. Последний находился в отапливаемой времянке и они пошли к нему туда.

Что дальше происходило, им не известно, во времянку они не заходили, вскоре легли спать. Не могли они пояснить и того, когда вернулся их сын. Просто в 6 часов утра, когда они поднялись для работы по хозяйству, то сын спал в этой времянке. В отношении шинели они дали показания, что таковая имеется и осталась от их первого и старшего сына, который два года тому назад демобилизовался из армии. Тут же из кладовки они и принесли эту шинель, а под матрасом кровати была обнаружена маска Деда Мороза.

Покуда следователь прокуратуры официально записывал их показания на протокол допроса, да оформлял выемкой изъятие шинели, участковый инспектор, вместе с зональным инспектором  розыска, поехали домой к Петру.. Этот оказался на месте и его сразу же увезли в сельский Совет. Здесь его опросом, в присутствии прокурора, занялся начальник розыска и вскоре Петр рассказал, что действительно вечером 13 января к нему зашел Алексей и с ним он пошел к Михаилу. Там, во времянке они выпили принесенную Алексеем бутылку самогона и решили пойти пощедровать по селу. У Алексея с собой в кармане была полу маска, в виде очков с резиновым носом и усами. Михаил сходил в дом своих родителей, откуда принес косметический набор своей старшей сестры. Он и Алексей раскрасили лица губной помадой и тушью для ресниц. Михаил дал ему старую женскую плюшевую куртку, старый женский платок. красную тряпку и валенки с резиновыми галошами. Алексею он дал старую фуфайку, старый женский платок и резиновые сапоги. Михаил одел на себя старую солдатскую шинель и шапку, а на лицо одел маску Деда Мороза. Все это нашлось в кладовке времянки.

Петр пояснил, что когда они вышли в центр села, то у там уже по домам ходили такие же группы, по два-три человека, ряженных, а поэтому они свой поход начать с противоположного конца села. Здесь они зашли в  крайний дом к Николаю, который стал угощать их спиртным и они остались у него. На вопрос, а откуда у них  появилась бутылка самогону, которую они принесли с собой в дом Николая, Петр пояснил, что она уже заранее была у Алексея. Вернее их у него было две, но одну они распили в доме у Михаила, а вторую как раз и принесли с собой к Николаю. Но продолжал утверждать, что кроме как е Николаю, они ни у кому не заходили и от него, до трех часов ночи, так же никуда  не ходили, а ушли сразу и вместе по  своим домам.

Оставив Петра для его официального допроса прокурором, начальник розыска вместе с участковым инспектором поехали домой к Алексею, но и его, как и Михаила, дома не оказалось. Со слов родителей, он так же уехал в райцентр, причем поехал туда вместе с Михаилом, который заходил за ним. В доме Алексея была обнаружена и изъята полу маска, а так же старая фуфайка и резиновые сапоги. По их поводу родители Алексея пояснили, что они ни из их хозяйства. Так же было обнаружено две  трех литровых банки с самогоном.

Все это было изъято и оформлено протоколом  выемки. После этого начальник розыска и участковый поехали домой к Петру и там изъяли старую фуфайку, женский платок и валенки с резиновыми галошами. Отсюда они заехали к родителям Михаила, где еще находился следователь прокуратуры и эксперт-криминалист. Здесь родителям Михаила были показаны вещи, изъятые в доме у Петра и в доме у Алексея, на что они пояснили, что это вещи из их дома, что они хранились в кладовке времянки.

После этого, все возвратились в сельский Совет, откуда начальник розыска позвонил в дежурную часть РОВД и дал указание организовать задержание на автовокзале райцентра Михаила и Алексея, поскольку они уже, по времени, должны были там находиться, дав их приметы, и сказал, что следует  доставить в РОВД , где и содержать отдельно друг от друга.

Закончив с этим, начальник уголовного розыска попросил следователя прокуратуры допросить Николая по вопросам прихода к нему вечером 13 января именно этих троих, отразив принос с собой бутылку самогона, а затем поехать к нему домой и изъять эту пустую, но с остатками самогона, бутылку.

После того, как. следователь сделал все это и вернулся обратно с Николаем, считая его в какой то мере причастным  к совершенному убийству, то начальник розыска попросил его оставить наедине с последним. Когда все покинули помещения, то оперативник  прямо задал ему вопрос, что же теперь дальше делать с ним? Везти в РОВД, где решать вопрос о возбуждении уголовного дела и оформлять задержание?». Наконец осознав в полной мере, что теперь все зависит от начальника уголовного розыска, Николай стал  попросить сделать все возможное, что бы избежать своей новой судимости, а главное нового срока на «зоне», обещая впредь не допускать с работниками милиции, а тем боле с операми, подобных, как он выразился,  с самогоном. Теперь он, мол все понял и впредь будет помогать, чем сможет, только при условии, что это не будет придаваться огласке. Считая, что ему преподан неплохой урок и что он все же дал сведения, которые собственно и вывели на конкретных подозреваемых в убийстве лиц, начальник розыска позвал участкового инспектора, у которого взял весь материал, касающийся обнаружения самогона и самогонного аппарата, сказал Николаю, что весь этот материал пока полежит без движения. Но если Николай, в самое ближайшее  время  не докажет, что он осознал то, с кем он позволил себе играть в подобные игры, то ему непременно придется за это расплачиваться. После этого короткого разговора Николай сам пошел в помещение, где находился прокурор, которому сообщил, что по своей глупости и необдуманности, он допустил оговор работников милиции и извинился за это.

Примерно через тридцать-сорок минут, после ухода Николая, в сельский совет позвонил дежурный по РОВД и сообщил, что Михаил и Алексей задержаны и находятся, как и было тому ранее получено указание, в разных кабиретах сотрудников уголовного розыска.

Теперь уже не было необходимости оставаться а этом селе и все участники оперативно-следственной группы поехали в районный центр, естественно забрав с собой Петра..

Первым стали опрашивать, а затем и официально допрашивать Алексея. Из его показаний следовало, что он и Петр, вечером 13 января зашли к своему односельчанину Михаилу, с которым они раньше договорились идти щедровать по селу. У него с собой была бутылка самогона, которую они втроем и выпили во времянке Михаила. Там же они принарядились и пошли щедровать в центр села, зашли только в два дома. Но оказалось, что здесь иже до них побывали другие, а поэтому они решили начать ходить по домам с конца села. Когда они зашли в крайний дом, где живет Николай, то  последний их угостил яко бы водкой и они остались у него. Просто сидели и разговаривали. Никуда они из этого дома не уходили и не ходили по улицам села. Домой ушли все вместе и очень поздно, мол все это может подтвердить сам хозяин дома.

После того, как был именно уточнен ответ на вопрос о том, как утверждал Алексей, что он из дома своих родителей взял только одну бутылку с самогоном, которую они втроем и выпили во времянке у Михаила, то в этот кабинет специально привели Петра и попросили его, уже  при Алексее, повторить свои показания о принесенной в дом Николая бутылки самогона, а заодно и уточнить, откуда именно появилась эта бутылка.

Петр понял, что Алексей явно не сказал о том, что эту бутылку он взял из  дома своих родителей и что об этой, появившейся из дома старушки «Канонерши», бутылке самогона уже известно работникам милиции, то потупился и искоса глядя на своего приятеля, как бы уточнил, сказал, что эта бутылка появилась у Михаила, а он и Алексей здесь вовсе не причем и готов рассказать всю правду.

После этих слов он был вновь уведен в другой кабинет, где его стал допрашивать следователь прокуратуры. А тем временем и Алексей стал «вспоминать», откуда появилась у них бутылка с самогоном, которая была принесена в дом Николая и там распита. Общая  же картина произошедшего, исходя из показаний Петра и Алексея, выглядела следующим образом:

Принарядившись во времянке Михаила и распив там принесенную Алексеем бутылку самогона, они действительно пошли щедровать в центр села, но там уже ходили такие же, как и они группы по три-четыре человека. Поэтому они и решили начать обход  домов с края села. Кто-то из них вспомнил о бабке «Канонерше», у которой водился самогон. Хотя она  и слыла жадноватой, но все же решили зайти к ней, небось ради праздника и расщедриться. После того, как на стук были открыты двери, первым  к ней в дом зашел Алексей, а вслед и Петр. Они нараспев прочитали пологавщиеся в таких случаях нехитрые стишки.

По окончанию этого в дом зашел и Михаил, который прямо и потребовал:»Бабка, давай самогон!». Но старуха ответила что у нее его нет. Тогда Михаил стал ругаться и пригрозил, что если сам найдет, то весь и заберет.

С этими словами он пошел в коридор, а старушка ему в ответ сказала, мол если и  есть то не для тебя и что она его узнала, хотя он и ряженный, припомнив, что прошлым летом он украл у нее двух кур. Просто она тогда не стала заявлять на него участковому, но сейчас это непременно сделает. Очевидно это сильно разозлило Михаила, который тут же выбежал из коридора с топором в руках и неожиданно им ударил по непокрытой ни чем голове старушки, отчего та, даже не вскрикнув, упала на пол. Все как бы оцепенели от случившегося. Но Михаил первым пришел в себя. Он бросил под печь топор, открыл дверки кухонного стола и вынул из него бутылку с самогоном. Эту бутылку он запихнул в карман солдатской шинели и первый вышел на улицу. Видя, что никого здесь нет, он предложил быстро уходить на противоположный край села и оттуда, как в ничем ни бывало, продолжить щедрование.

Когда же они бегом добрались туда и зашли в дом к Николаю, то их оставили силы, а так же и всякое желание продолжать хождение по дворам своих односельчан. Принесенную с собой бутылку с самогоном Михаил выставил на стол и они ее совместно выпили. Николай после этого дважды ставил на стол уде свои бутылки с самогоном. Но от выпитого они сильно не запьянели. Николаю ничего о случившемся не рассказывали и где то часа в три ночи ушли от него.

Имея такие, теперь уже, собственно и непротиворечивые показания, следователь прокуратуры приступил к допросу самого Михаила. Сперва он дал такие показания, какие первоначально давали Петр и Алексей, но и он «запутался» с принесенной в дом Николая бутылкой самогона. Тогда ему огласили в этой части показания его приятелей, то и он сознался в совершенном преступлении, утверждая, что вовсе не собирался заранее убивать старушку, просто так уж вышло и он об этом очень сожалеет. Разумеется, что ему пришлось рассказать и о краже прошлым летом двух кур у этой бабки «Кананерши», которых он украл накануне своего дня рождения и которые были зажарены на костре, в примыкавшем к селу лесе, когда он со своими  приятелями отмечал там свой шестнадцатилетний юбилей. Как некое и запоздалое покаяние, был его рассказ и о том, как он, совместно с Петром и Алексеем, прошлой осенью, из клуба соседнего села, совершили кражу магнитофона.

Так, на спустя два дня, после совершения убийства, оно было раскрыто, как говориться, по горячим следам, Всех троих следователь вынужден был арестовать, ибо Михаил и Петр имели намерения скрыться.

Произведенная  в ходе следствия экспертиза выявила на солдатской шинели, в которою, в момент совершения преступления, был одет Михаил, множественные  микрочастицы следов крови потерпевшей старушки. На принесенной с места убийства бутылки из под самогона были обнаружены следы пальцев рук Михаила, а остаток в ней самогона, по своему химическому составу оказался одинаковым с тем самогоном, который был найден в доме самой  потерпевшей.

Точку в этом деле поставил выездной суд, который признал Михаила виновным в совершении умышленного убийства, из корыстной заинтересованности, а так же и с целью сокрытия им ранее совершенного преступления-кражи личного имущества у этой же старушки, а так же за кражу у нее двух кур и за кражу магнитофона группой лиц,  по предварительному  сговору.

Петр и Алексей были признаны виновными в заранее не обещанном укрывательстве тяжкого преступления и краже в группе и по предварительному сговору магнитофона. Все они получили наказания, связанные с реальным его отбыванием в местах лишения свободы.

Не обошелся без наказания факт самогоноварения со стороны родителей Алексея. Что же касается Николая, то он, как и было ему обещано начальником уголовного розыска, не привлекался к ответственности за самогоноварение, но после этого случая , он вообще притих в своих  высказываниях, в отношении работников милиции в целом и, в частности, в который уж раз, о личной профессиональной подготовке  работников уголовного розыска.

4

Автор публикации

не в сети 3 года

GYPSY

75
Комментарии: 1Публикации: 20Регистрация: 20-02-2017
Tagged

Добавить комментарий